У нас нет национальной школы дизайна!

Современный человек старается обеспечить свое пространство в силу своих возможностей так, чтобы максимально чувствовать себя в нем комфортно. Дизайн интерьера сегодня вошел в моду.
И специалистов в этой области стало много. Для развития дизайнерского направления в России ежегодно проводятся конкурсы, выставки разных масштабов. Однако существует мнение, что над их проведением необходимо еще много работать. Все познается в сравнении.

Главный дизайнер галереи Neuhaus Римантас Лисаускас объясняет многие недоработки тем, что российским специалистам не хватает зарубежного опыта. Сегодня как архитектура, так и дизайн интерьеров следуют к унификации. В современном дизайне в первую очередь важна функциональность. Это именно то, что нужно и российскому, и зарубежному потребителю.
– Римантас, у Вас за плечами огромный опыт в области дизайна интерьера. Вы и в Министерстве легкой промышленности работали, и в институте преподавали, и частными заказами занимались. Почему же все-таки пришли в немецкую фирму?
– Если бы это была российская фирма, я бы здесь не работал. Здесь есть возможность совершенствоваться. Мы работаем как элитная фирма в области дизайна и интерьера и совершенствуемся хотя бы за счет того, что изучаем дизайн самого производителя. Здесь есть возможность постоянно выезжать и получать такую информацию, которую никто не выдаст постороннему человеку. Чтобы потом вернуться и преподавать студентам, мне нужно знать все о проектировании той же мебели!
– Вы видели выставки в Германии. Есть с чем сравнивать. В чем же недостатки российских фирм?
– Несколько дней назад мы вернулись из Кельна, с Международной Кельнской мебельной выставки. Я не являюсь большим экспертом, но на этом фоне могу концептуально определить уровень российских дизайнеров. Лет двадцать нам еще надо плотно работать. В первую очередь нашим вузам нужно создавать свою национальную школу. Она попросту отсутствует. В этом и вся беда. Хорошие специалисты есть в отдельности, но они не выдают окончательный продукт в том понимании, которое должно быть сегодня. Идет еще никому не нужная борьба, война эстетики. Надо давно забыть об этом, ведь они просто тратят временной ресурс.
– То есть им сейчас нужно объединяться?
– Конечно! И это объединение должно быть не просто декларированием. Вся система обучения должна быть построена иначе. В России пока еще работают не по мировым стандартам. В вузы надо приглашать тех, кто побывал на западе, кто работал там, кто мыслит иными категориями. Взгляд многих преподавателей устарел. Надо выдвигать свои концепции, строить свою школу, тогда это будет поднято на другой уровень. Сейчас происходит «слизывание» каких-то идей по журналам, понаслышке, а своей явной линии нет. Грустно было бы посмотреть на нашу российскую мебель на выставке в Кельне... Плакать бы хотелось. Плакать потому, что нет дизайна!
– А там была такая мебель?
– Там не было мебели российского производителя. Там ей не место.
– Если речь зашла о выставках, что Вы скажете о FIDEXPO?
– Организаторы «Рестэк» в прошлом году приглашали меня в составе экспертной комиссии по выбору стенда. Мы видели страшную картину – стенды уже шесть лет одни и те же. Все, что там происходит, я называю «творческой импотенцией». Они ищут какую-то дикую, кричащую оригинальность. Но я никогда не соглашусь с тем, что сейчас делается в FIDEXPO. Предмет надо показывать профессионально, а профессионализм заключается в тонкости подачи.
– А как организуется выставка в Кельне?
– Во-первых, у ведущих фирм с мировым именем есть полы: все приподнято, уложен благородный материал, то ли щитовой паркет, то ли комбинированный полосами, с какими-нибудь вставками из стекла, с подсветкой – это зависит от задумки. Но капитальное вложение в полы огромное. Могут быть оригинальные полы – со вставками дерна, травы, но это уже высший пилотаж. Дальше – стены, которые формируют пространство. Каждая перегородка имеет свою ритмику, открытые, закрытые отверстия – все отражает фирменный стиль. Обязательно красиво нанесены логотипы, высвечены так, чтобы сразу узнавались. Дизайн света – вообще отдельный разговор. Свет либо рассеянный, либо локальный, либо равномерный... Обязательно присутствие живых цветов: тюльпанов, роз огромных размеров. Цвета выбираются в зависимости от концепции.
– Какова структура стендов?
– Обязательны сама экспозиция, закрытое помещение кафе, помещение для уединения (для подписания деловых бумаг) и то, что называется информационной точкой.
– Что нового может произойти в целом, в том числе и в обучении, и во всем процессе развития дизайна?
– Это зависит от того, раскрыты ли творческие поиски, насколько исчерпаны возможности материалов, эстетических концепций. Либо должно произойти нечто такое... революционное. Например, если бы что-то резко изменилось в природе. Скажем, исчезла бы гравитация. И тогда бы мы проектировали столы по другому принципу. Ноги были бы ему не нужны, все держалось бы в воздухе. Сегодняшний производитель ищет новые фактуры, сочетания, новые породы древесины, которые раньше не были востребованы.
– Многие дизайнеры сейчас затрудняются ответить на вопрос о современных течениях и направлениях. Сложно обозначить какими-то конкретными именами то, что нужно современному заказчику...
– Я тоже не сделаю никаких открытий. Но вижу, что в последние 10–20 лет вся цивилизация в целом двигается в сторону глобализации и унификации потребительского рынка. Российский потребитель хочет того же, чего хочет потребитель из Франции. Отсюда возвращаемся к производителю: он направлен в сторону функции упрощения. Сам дизайн становится красивым через функцию, и тогда он становится космополитичным.

Автор: Марина Голокова